Почему счастливые люди изменяют

«Большинство описаний проблемных браков — совсем не похожи на мою ситуацию,» — настаивает Прийя. — «У нас с Колином чудесные отношения. Замечательные дети, никаких финансовых вопросов, удавшиеся карьеры, отличные друзья. Он — феноменально трудолюбивый, невероятно красивый и подтянутый физически мужчина, внимательный в постели, щедрый ко всем, включая моих родителей. Моя жизнь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хороша.»

Но, несмотря на это, у Прийи появился любовник. «И ведь я бы никогда не стала встречаться с таким парнем — никогда-никогда! Он дальнобойщик, у него татуировки. Это все так банально, что мне стыдно даже просто говорить об этом вслух. И это может разрушить все, что у меня есть».

Прийя права. Всего несколько событий в жизни пары, за исключением тяжелых болезней и смерти, обладают такой разрушительной силой, как измена. Я многие годы работаю с парами, чьи отношения разлетелись на осколки из-за неверности и изучаю измены не только в стенах моего кабинета, но и в разговорах по всему миру.
….
Измены существуют ровно с того момента, как был придуман моногамный брак, но это так часто встречающееся явление почему-то до сих пор очень плохо изучено. Ответы, которые я получаю, когда говорю о связях вне брака, очень разнятся от страны к стране: от строжайшего осуждения к смиренному принятию, а потом — к осторожному сочувствию и даже плохо прикрытому энтузиазму.

В Париже, например, подобные темы за ужином сразу электризуют воздух — и я замечаю, насколько много людей уже побывали по обе стороны подобной истории. В Болгарии я встречалась с группой женщин, которые ясно мне дали понять, что они воспринимают мужские «интрижки» как нечто неприятное, но, к сожалению, неизбежное. В Мексике же у женщин другое мнение — они с гордостью говорят о женских изменах как о форме социального протеста против шовинистической культуры страны, в которой долгое время существовало понятие la casa grande y la casa chica — у мужчин часто было по два дома, один для жены и второй для любовницы. Неверность партнеру — общечеловеческое явление, но то, что мы под ней подразумеваем, как на нее реагируем и как говорим о ней — полностью зависит от конкретного времени и места.

В наше время в западном мире измена обычно оценивается с точки зрения того, сколько ущерба они принесла. Обычно, конечно, гораздо больше говорится о боли, которую чувствует тот, кому изменили. В современном мире неверность — это не просто предательство; эта боль приходит от крушения иллюзий о романтической любви. Это шок, который вынуждает нас сомневаться во всем — нашем прошлом, будущем и даже просто том, кто мы есть.

Но, тем не менее, если мы действительно хотим внести ясность в этот вопрос, нам нужно изучать измены со всех сторон. Фокусируясь на травме и восстановлении после нее, мы слишком мало вникаем в смысл и мотивы самой измены — в то, чему она могла бы нас научить. Да, это странно звучит, но изучая причин измен — мы можем узнать много нового о браке в целом. О наших ожиданиях, мечтах, чувствах и желаниях. О том, на что, как нам кажется, мы имеем право — и на что нет. Измены вскрывают наши личные и социальные представления о любви, вожделении и обязательствах — представления, которые резко изменились в последнюю сотню лет.

Измена в современном мире — это совсем не то, что раньше. Потому что брак — тоже изменил свое значение. Ранее брак был прагматичным союзом, заключаемым для того, чтобы упрочить свое социальное и экономическое положение. У Прийи, дочери иммигрантов, наверняка еще остались родственники, чьи возможности выбора партнера были весьма ограничены. Но сама Прийя и Колин, как и большинство современных пар, заключили брак исходя не из экономической необходимости, а только из желания быть вместе — как акт свободной воли, договор между двумя независимыми людьми, основанный не на долге и обязанности, но на любви и взаимном притяжении.

Никогда еще наши ожидания от брака не были такими большими. Мы по-прежнему хотим получить все, что значила семья в традиционном смысле — безопасность, уважение, принадлежность и детей — но теперь мы также желаем, чтобы наш партнер любил нас, вожделел и был в нас искренне заинтересован.
….
В маленьким круге обручального кольца мы пытаемся совместить весьма обширные и противоречивые идеалы. Мы хотим от нашего избранника стабильности, предсказуемости и созависимости. И ровно от того же самого человека мы хотим ощущать трепет, волнение, авантюру и риск. Мы создали новый Олимп, где любовь должна оставаться безусловной, близость — интригующей; и секс — невероятно захватывающим, с одним человеком, до самого конца жизни.

Ну, и конечно — мы живем в век вседозволенности; верим, что поиск личного удовлетворения — наше право, выданное при рождении.
На Западе, секс непосредственно связывается с индивидуальностью, самореализацией и свободой. Поэтому большинство из нас поднимается к алтарю после нескольких лет сексуального кочевничества. К тому времени, когда мы решаем надеть кольцо на безымянный палец, мы уже не раз знакомились, встречались, жили вместе и расставались.

Раньше мы впервые занимались сексом только после свадьбы. Теперь мы заключаем брак и перестаем заниматься сексом с другими людьми. Осознанное решение сдерживать свою сексуальные порывы — это доказательство серьезности нашего намерения взять на себя обязательства. Поворачиваясь спиной к другим потенциально интересным партнерам, мы тем самым подтверждаем исключительность нашей «второй половинки». Мы говорим этим: «Я нашел Её. Я нашла Его. Я прекращаю дальнейшие поиски.» Наш интерес в других людях при этом должен чудесным образом испариться, побежденный силой этого единственного и неповторимого влечения.

На стольких свадьбах, мечтатели с горящими глазами произносят длинный список клятв, обещая быть всем друг для друга: родной душой и любовником, учителем и терапевтом. «Я обещаю быть твоим величайшим поклонником и самым лучшим спарринг-партнером, соучастником в делах и утешением в горести», — говорит жених с дрожью в голосе. И, сквозь слезы, невеста отвечает: «Я обещаю тебе верность, уважение и постоянную работу над своими ошибками. Я буду не только праздновать твои победы — но я буду любить тебя еще больше за твои провалы». И, улыбаясь, добавляет: «А еще я обещаю никогда не носить каблуки, чтобы ты не переживал за свой рост».

В таком прекрасном партнерстве, как мы вообще умудряемся заплутать? Эволюция парных отношений привела нас в место, где, как мы верим, неверность просто не должна случаться. Ведь все возможные причины уже устранены; и выстроено идеальное равновесие между свободой и безопасностью.
И тем не менее, неверность существует. Измены случаются в плохих браках и в хороших. Измены бывают даже в открытых отношениях, где внебрачный секс тщательно обсуждается заранее. Возможность уйти и развестись в любой момент не сделала измены преданием старины. Так почему же люди изменяют? Почему счастливые люди изменяют?..

Прийя не может этого объяснить. Она всячески хвалит свою супружескую жизнь и горячо убеждает меня, что Колин — муж ее мечты. Совершенно очевидно, что она тоже попала под влияние этой всем известного аргумента, применяемого в обсуждении измен: они случаются только тогда, когда в браке чего-то не хватает. А если у тебя есть все, что тебе нужно дома, то, по логике современного брака, у тебя нет ни единой причины искать что-то на стороне. Следовательно, неверность — это признак, что отношения пришли в негодность.

У этой теории есть несколько проблем.

Во-первых, она берет за аксиому идею о том, что существуют идеальные браки, которые, как прививка, предохраняют тебя от «болезни неверности». Вот только этот супружеский идеал почему-то не берет в расчет огромное количество мужчин и женщин, которые так никогда и не «вылечились» в браке. Более того, по иронии судьбы, скорее именно это ожидание домашнего блаженства может нас невольно подтолкнуть к измене. Некогда, мы ощущали себя запутавшимися, потому что брак не создавался, чтобы давать ощущение любви и страсти. Сегодня, мы снова блуждаем на ощупь, потому что наши иллюзии о том, сколько этой любви и страсти брак должен приносить — с течением времени рассеиваются как мираж. Изменились не наши желания — изменилось наше представление о том, что мы хотели бы — или даже обязаны! — чувствовать, будучи в браке.

Во-вторых, неверность совсем не всегда прямо коррелирует с проблемами в браке.
Да, действительно, во многих случаях измена — это некоторая компенсация того, чего не хватает в браке, некая отдушина. Избегание конфликтов, отсутствие доверительных отношений, длительное отсутствие секса, чувство одиночества, да даже просто годы и годы пережевывания одних и тех же обид — все это легко мотивирует на измену. И, конечно, что уж говорить о нарциссах и абьюзерах, которые изменяют просто потому, что они могут.
Однако, психотерапевты ежедневно сталкиваются с ситуациями, в которых не прослеживается ничего из вышеприведенного. Сессия за сессией, я встречаю таких людей как Прийя — людей, которые убеждают меня: «Я люблю свою жену/своего мужа. Мы лучшие друзья и очень счастливы вместе». И потом продолжают: «Но я ему/ей изменяю.»

Многие из них хранили верность партнеру в течение многих лет, даже десятилетий. Они зрелые, уравновешенные люди, которые очень заботятся о своих отношениях и действительно в них вкладываются. Но все равно однажды пересекают черту, которую никогда не пересекали даже в своей голове. Для чего?
И чем больше я слышу эти истории о невозможном, непредставимом ранее грехе — от секса на одну ночь до страстных долгосрочных отношениях на стороне — тем больше я думаю о том, что причина измен совсем не в браке.
Поэтому я начал задавать таким людям совсем другие вопросы. Я хочу понять, что эта измена значит для них. «Почему ты это сделал/а? Почему именно с ней/с ним? Почему сейчас? Было ли это впервые? Кто проявил инициативу? Пытался/ась ли ты устоять? Как это ощущалось? Хотел/а ли ты обрести что-то особенное для себя, совершая это? Что ты в итоге получил/а?»

И тут вскрывается, пожалуй, один из самых неприятных фактов об изменах.
Оказывается, то, что может принести партнеру А невероятную боль и ощущение предательства, для партнера B может стать трансформирующим опытом. Внебрачные авантюры болезненны и дестабилизирующи для пары, но они же могут стать — освобождающими и вдохновляющими на свершения для конкретного человека. И это критически важно — услышать обе стороны, вне зависимости от того, что выбирает пара — расстаться или попробовать выстроить что-то новое на базе старого и очевидно разрушенного.

Говоря о двустороннем видении такой щекотливой ситуации, я осознаю, что рискую быть заклейменной как «одобряющая измены» — или как имеющая странные представления о морали. Позвольте же мне вас заверить, что я совсем не сторонница лжи и обмана, и не воспринимаю измены как легкую тему. Увы, весь масштаб этой трагедии я лицезрею у себя в офисе практически каждый день. Но все перипетии любви и страсти не делятся на простые категории «хорошо» и «плохо». Моя роль как терапевта — создавать пространство, где все множество опыта может быть исследовано с сочувствием и пониманием. Люди изменяют по тысяче различных причин и каждый раз, когда я думаю, что уже слышала их все — обязательно появляется тысяча первая.

С ужасом и восторгом одновременно, Прийя рассказывает мне о своих жарких свиданиях с любовником: «Нам некуда пойти, поэтому мы постоянно прячемся то в его грузовике, то в моей машине, а иногда — в кинотеатрах или даже на скамейках в парке. И постоянно трогаем друг друга _там_. Как подростки!» Она неоднократно подчеркивает, насколько это «словно в колледже». Они занимались полноценным сексом не более пяти-шести раз за всю историю отношений; это гораздо больше о том, чтобы чувствовать желание, чем реально его удовлетворять. Не зная, что она повторяет самую частую фразу, которую произносят люди, изменяющие своему партнеру, Прийя говорит мне: «Я снова чувствую себя живой.»

Вероятно, это может объяснить, почему же так много людей верят в то, что измены — симптом того, что что-то в семье не так. Обвинять во всем «неудачный брак» легче, чем сражаться со своими экзистенциальными головоломками, страстными желаниями и чувством внутренней опустошенности. Проблема еще в том, что в любом браке действительно можно найти трудности. Они просто могут не иметь никакого отношения к тому, какой смысл несет измена одного из партнеров.

Тщательное расследование всех сторон брака Прийи совершенно точно бы принесло хоть что-нибудь: ее более слабое положение в семье, ведь она зарабатывает меньше; ее тенденцию подавлять злость и избегать конфликта; постепенное схлапывание двух личностей в общее «мы».
Если бы я решила выбрать этот путь, у нас с Прийей наверняка бы получилась интересная беседа, но — не та, которая ей действительно была нужна. То, что у пары есть «трудности», совершенно не значит, что именно эти трудности привели к измене.

«Я думаю, что это что-то говорит о вас, а не о вашем браке, — предлагаю я новую мысль Прийе. — Расскажите мне о себе».

«Ммм… Я всегда была «хорошей». Хорошей дочерью, хорошей женой, хорошей матерью. Ответственной. Отличницей.»

Для Прийи, родом из скромной и консервативной семьи, вопрос «Что я хочу?» никогда не отделялся от «Что они от меня хотят?»
Она не ходила в клубы и на вечеринки, не задерживалась допоздна, и свою первую сигарету выкурила только в 22. После колледжа, она вышла замуж за хорошего парня и помогала своим родителям — так, как делают многие дети иммигрантов. И сейчас она созрела задать себе вопрос: «Если я не буду идеальной, продолжат ли они меня любить?». Голос в ее голове неотвязно спрашивает — как же чувствуют себя те, которые не были такими «хорошими»? Они более одиноки? Или более свободны? Интереснее ли им живется?..

Измена Прийи — это не симптом и не патология; это кризис идентичности, внутренняя перестройка личности. На наших сессиях, мы говорим о долге и о желании, о возрасте и юности. Ее дочери становятся подростками и чувствуют свободу, которой у нее никогда не было. Прийя одновременно и поддерживает их, и… завидует. И в то время, как ей уже скоро исполнится пятьдесят, у нее самой случается несколько запоздалый подростковый бунт.

Эти причины могут показаться несущественными — надо же, проблемы тех, у кого все есть! Или ощутиться как рационализация для незрелого, эгоистичного, вредного поведения. Прийя сама так говорит о себе. Мы обе согласны, что ее жизни можно позавидовать. И тем не менее, она рискует ею!
Этого достаточно, чтобы убедить меня, что не в аморальном поведении дело. Если я смогу помочь ей разобраться в причинах такого поступка, может быть, нам удастся понять, как она могла бы закончить все наилучшим образом — и это то, что она сама действительно хочет! Очевидно, что это не любовная история, которая могла бы вырасти во что-то большее (хотя некоторые отношения вне брака действительно обладают этим потенциалом). Это началось как интрижка и закончится в той же роли — дай бог, не разрушив замужества Прийи в процессе.

Изолированная от трудностей обычной жизни, параллельная вселенная измены очень часто идеализируется.
Основная характеристика этой вселенной — и это ключ к ее силе притяжения! — она неустойчива, неуловима и двусмысленна. Неопределенность, неуверенность, незнание того, когда мы снова увидимся — чувства, которые мы бы никогда не стали терпеть в наших основных отношениях! — становятся эмоциональным топливом тайных историй. Мы не можем получить любовника в наше полное владение — поэтому мы продолжаем его хотеть. Именно это чувство постоянного ускользания дает изменам тот налет эротического мистицизма и поддерживает огонь страсти. Подстегивая исключенность измены из нормальной реальности, многие люди, как Прийя, выбирают в любовники тех, с кем никогда бы не завели отношений в обычной жизни. Влюбляясь в представителя совершенно иного социального слоя или даже поколения, мы отыгрываем те линии развития событий, которые бы нас никогда не устроили на самом деле.

Немногие из этих отношений выдерживают огласку. Можно было бы подумать, что отношения, для которых так рисковали, смогут пережить этот переход. Под влиянием страсти любовники с тоской говорят о том, что они сделают, когда наконец будут вместе. Но когда запрет отменяется, когда случается развод, когда возвышенное смешивается с обычным, и отношения становятся частью нормальной жизни — что тогда? Некоторые находят свое счастливое продолжение, но далеко не все. По моему опыту, большинство таких отношений заканчивается даже в случае развода.

Измена живет в тени брака, но брак также живет в центре измены. Без этой восхитительной порочности могут ли отношения с любовником оставаться заманчивыми? Если бы у Прийи и ее татуированного дальнобойщика была своя спальня, было бы им также интересно вместе, как теперь — в задней части его грузовика?..

Поиск своего истинного Я — мощный нарратив, толкающий на измены. Параллельная вселенная Прийи делает из нее подростка, каким она никогда не была. Кто-то другой вовлекается воспоминаниями о том, каким он когда-то однажды уже был. А есть те, кто страдает по упущенной возможности и тому, какими они могли бы стать, если бы!..

Прийя часто чувствует, что она — ходячее противоречие; ее тревожит свое безрассудное поведение и одновременно зачаровывает ее же смелость; она мучается страхом, что все вскроется — и тут же оказывается неспособной (или не желающей) положить всему конец. Она околдована этой мыслью: «Что, если хотя бы только сейчас, но я буду действовать так, словно общепринятые правила не относятся ко мне?..»

Наши беседы помогают Прийе внести ясность в ее запутанные представления о происходящем. Она с облегчением осознает, что ей не нужно будет разрушать отношения с Колином. Но необходимость взять на себя полную ответственность за сделанное оставляет ее с тяжелым чувством вины: «Последнее, что я когда-либо хотела сделать, это причинить ему боль. Если он узнает, он будет раздавлен. И даже знание, что это не имеет никакого отношения к нему, не поможет. Он никогда не поверит в это».

Возможно, она права. Возможно, знание о том, что именно мотивировало его жену на измену, никак бы не облегчило боль Колина. Или все-таки да?.. Даже после многих лет работы с изменами я все еще не могу предсказать, что люди будут делать, если обнаружат неверность партнера. Некоторые отношения мгновенно разлетаются на куски, даже если это было всего лишь приключение на одну ночь. Другие демонстрируют удивительную способность оправиться даже после сильнейшего предательства.

Прийя уже несколько раз пыталась закончить все отношения с любовником. Она удаляла его телефонный номер, возвращалась домой другим путем, когда отвозила детей в школу, и объясняла себе, насколько происходящее неправильно. Но эти самоубеждения всего лишь добавляют эмоционального веса. Три дня спустя, поддельное имя снова красуется в ее телефоне. И вместе со всеми мучениями риск только возрастает. Тайна давит на нее и провоцирует небрежность. Опасность поджидает ее в каждом кинотеатре и на каждой уединенной стоянке, где они скрываются.

Я не имею права говорить Прийе, что она должна сделать. Кроме того, она уже ясно дала мне понять, что для нее правильным будет — завершить эти отношения раз и навсегда. Однако она сознается, что на самом деле этого не хочет. Но правда, которую я вижу, а она еще не поняла, состоит в том, что в действительности она боится потерять не ее любовника — а ту часть себя, которую он в ней пробудил.
….
«Вы думаете, что у вас были отношения с этим дальнобойщиком», — говорю я ей. — «Но вообще-то, у вас случилась интимная встреча с самой собой, а он — только посредник. Я не жду, что вы мне поверите прямо сейчас, но вы можете прекратить свои отношения и сохранить ту часть себя, что ваша измена открыла вам. Вы снова соединились со своей энергией молодости. Я знаю, что сейчас кажется, что когда все кончится, вся эта яркая новая жизнь внутри вас тоже уйдет. Но со временем вы обнаружите, что это она по-прежнему живет внутри вас».

Я часто говорю своим пациентам, что если они добавят в их брак хотя бы одну десятую смелости и игривости, которые они испытывают, когда изменяют — их семейная жизнь станет совершенно другой.

Если Прийе удастся окончательно завершить эти отношения, то возникнет новая дилемма: должна ли она рассказать все мужу или нет? Сможет ли ее брак пережить боль откровения? Не лучше ли продолжить все скрывать?
У меня нет на это ответа. Я не потворствую лжи, но я видела слишком много небрежно разглашенных секретов, оставивших незаживающие шрамы. Во многих случаях, однако, я помогала парам пережить открытие тайны, надеясь, что обоюдный процесс откроет для них новые пути развития.

Катастрофа имеет силы разбудить нас, чтобы показать истинное положение вещей. Многие пары говорят мне, что именно в процессе разбора измен у них случаются самые глубокие, самые честные разговоры о сути их отношений. Все обнажается — невыполненные ожидания, невысказанные обиды и неудовлетворенные желания. Любовь беспорядочна; неверность — тем более. Но она, как ничто другое, может стать окном в истинные глубины человеческого сердца.

Открытие измен вынуждает людей искать ответы на неудобные вопросы.
Что для нас означает верность и почему это важно? Возможно ли любить сразу несколько человек? Сможем ли мы научиться доверять друг другу снова? Как мы найдем этот неуловимый баланс между нашими эмоциональными потребностями и нашими эротическими желаниями? Есть ли у страсти ограниченный срок хранения? И бывают ли потребности, которые брак, даже самый счастливый, никогда не сможет удовлетворить?

По моему мнению, такие разговоры должны быть неотъемлемой частью всех взрослых и серьезных отношений с самого начала — гораздо лучше решать подобные проблемы до того, как налетит буря. Доверительный разговор о том, что влечет нас преступать границы брака — на самом деле, только способствует близости и привязанности в паре. Но, к сожалению, только обнаруженная измена зачастую вынуждает наконец начать говорить об этом друг с другом.

Любая измена перетряхивает брак; и неизвестно, что последует за ней. Хотя неверность стала одним из главных мотивов развода на Западе, я видел, как многие пары оставались вместе и после чистосердечного объяснения. Я считаю, что у брака Прийи и Колина есть все шансы, но качество их отношений будет зависеть от того, как пройдет процесс обсуждения и принятия.
Станут ли они сильнее в процессе? Или они похоронят измену под огромной глыбой стыда и недоверия? Сможет ли Прийя выйти из своей поглощенности собой и лицом к лицу столкнуться с болью, которую она вызвала? Сможет ли Колин принять и простить ее измену, зная, что причина не в нем? И, наконец, встретится ли он в итоге с той беззаботной, молодой женщиной, которой стала Прийя в ее параллельной жизни?

В современном мире у многих из нас будет два или три брака. Часто, когда пара приходит ко мне после измены, мне ясно, что их первый брак закончился. Поэтому я спрашиваю их: хотите ли вы вступить во второй — вместе?..

———

Адаптированные выдержки из новой книги Esther Perel «The State of Affairs: Rethinking Infidelity» (Эстер Перель — психотерапевт и автор известной книги «Размножение в неволе»), перевод Юлии Сианто для ее личного блога.

Original article in The Atlantic

Юлия Сианто

Привет! Я автор этого блога и, по совместительству, человек, который любит собирать и рассказывать истории.

Подробнее обо мне можно почитать тут.

Основная площадка, где я веду блог - это мой аккаунт в фейсбуке. Этот сайт - скорее библиотека.

Я пишу разные тексты - о внутреннем поиске, писательстве, отношениях и, конечно, материнстве. Еще я собираю и редактирую чужие анонимные истории, об этом мой проект "Истории из Шкафа".

В общем, заходите, читайте, а если понравится - фолловьте в фейсбуке и подписывайтесь на мои нерегулярные, но очень душевные письма (форма подписки будет ниже).

До встречи? :)

Комментарии: